По условиям документа Федеральная резервная система США (ФРС) должна будет покупать биткоин и держать его в качестве резервного актива, как золото или иностранные валюты.

Несмотря на растущий интерес со стороны государств (например, Сальвадора и Филиппин) и успешный опыт накопления BTC как «цифрового золота», биткоин пока не соответствует ключевым требованиям, предъявляемым к мировым резервным валютам.

🔹Официальные резервы — это инструмент кризисной стабилизации: они должны быть ликвидными, надёжными и оперативно мобилизуемыми. Доллар США и казначейские облигации США остаются стандартом:

• дневной объём торгов по T-bonds в 70 раз превышает объём торгов BTC,
• волатильность BTC — 50–100 % ежегодно, у облигаций — 5–8 %,
• спреды, фрагментация рынков и слабая институциональная глубина BTC делают его непригодным для масштабных интервенций (например, японские интервенции 2022–2024 гг. на $60–100 млрд).

🔹 Тем не менее, у биткоина есть логичная ниша в резервах:

1. Геополитическая диверсификация — BTC не привязан к суверенному эмитенту и не подвержен страновому риску в эпоху роста санкций и разобщённости.
2. Цифровая альтернатива золоту — дефицит, децентрализация, устойчивость к подделке, удобство хранения и передачи.
3. Институциональное признание — запуск спотовых ETF от BlackRock и Fidelity, регуляторные рамки (MiCA, FIT21, CARF) и участие хедж-фондов усиливают доверие.

🔹 Вывод: Биткоин маловероятен в роли основной резервной валюты, но имеет реальные шансы стать тактическим компонентом резервных портфелей — как дополнение к золоту и суверенным активам. Его роль — не замена доллару, а модернизация и диверсификация.

ссылка на источник