/interview/717229/

Согласно двум недавним определениям КС, с которыми ознакомились «Ведомости», имущество может быть изъято не только у самого коррупционера, но и у третьих лиц — в том числе у его родственников, — если доказано, что они осведомлены о преступной схеме и фактически пользуются имуществом, полученным в результате взяточничества.

Суд подчеркнул: получение взятки не создаёт законных оснований для приобретения права собственности. Следовательно, «объект взятки не подлежит оставлению ни у лица, её получившего, ни у третьих лиц, которым он был передан по распоряжению взяткополучателя» — даже если речь идёт об их единственном жилье.

Как отмечает политический юрист Олег Захаров, КС последовательно формирует правовую позицию, согласно которой достижение конституционно значимой цели — эффективной борьбы с коррупцией — может требовать отступления от стандартных норм гражданского права, регулирующих оборот недвижимости.

Контекст усиливает масштаб проблемы: по данным прокурора Москвы Максима Жука (25 ноября), ущерб от коррупционных преступлений в столице за 2025 год приблизился к 1 млрд руб. В рамках борьбы с нелегальным обогащением прокуратура инициировала процедуру обращения в доход государства имущества на сумму 468 млн руб., приобретённого на необоснованные доходы.