Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Экспертное мнение

Исключение из списка должников стоит заемщику 11 зарплат 17.07.2019 Исключение из списка должников стоит заемщику 11 зарплат

Президент СРО НАПКА Эльман Мехтиев. Клиентам банков требуется в среднем почти 11 ежемесячных зарплат, чтобы погасить обязательства перед кредитной организацией

подробнее

Статьи

12.07.2019

Особенности исполнения судебных актов по обращению взыскания на бюджетные средства: разъяснения Пленума ВС РФ

подробнее

Рынок криптовалют

19.07.2019

Патрик Макгенри: «ни одна политическая сила не в состоянии уничтожить биткоин»

подробнее
/interview/10379/
Аккредитация на электронных торговых площадках, участие в торгах по банкротству и арестованному имуществу, услуги агента. Тел. +7 (915) 433-57-16

Интервью

Михаила Хазин: интервью радиостанции "Эхо Москвы"

Михаила Хазин: интервью радиостанции "Эхо Москвы"

Михаил Хазин экономист, президент консалтинговой компании "НЕОКОН"

А.ВОРОБЬЕВ: Ну что же, давайте по новостям, которые с утра пришли и развивались весь день, а затем в каком-то уже скорректированном виде к этой минуте существуют. Газета «Ведомости» со ссылкой на сотрудников Минфина заявила, что баррель нефти где-то около 30 долларов будет в этом году по расчетам Минфина, доллар - 45-55 рублей - это ориентир, который обсуждается в Минфине. Бюджет может быть скорректирован исходя из этих расчетом. Ну а к вечеру агентство Интерфакс сообщило о том, что Минфин может пересчитать бюджет на этот год и скорректировать заложенную в этом документе среднюю цену на нефть, и среднегодовой курс доллара. При этой стоимость нефти составит 32 доллара за баррель, а одного доллара - 34 рубля. В общем, похоже, пессимистические прогнозы сбываются.

М.ХАЗИН: Давайте напомним - перед Новым годом непосредственно мы здесь же в этой студии обсуждали тот прогноз на следующий год, который подготовила компания НЕОКОН в рамках своей программы по обеспечению экономической информации малого и среднего бизнеса, и там мы говорили, что по нашим расчетам, интервал, к которому должна стремиться цена на нефть, это 20-25 долларов в текущих долларах. С учетом инфляции он может быть чуть-чуть больше. Средняя цена с учетом нынешних 38 - это где-то примерно 30-32. Соответствует. А дальше мы говорили, что по итогам года цена отношения рубля к доллару должна быть 50-55. Сегодня - 30. Значит, средняя получается где-то в районе 45. Как бы тут у Минфина пессимистический сценарий. Средняя по году цена - 55. То есть по итогам может быть и больше. А что касается бюджета, то надо сказать сразу - то, что его надо перечитывать, было понятно еще до того, как президент его подписал. Это просто нонсенс - когда у вас бюджет со средним значением 95. Вы поймите, есть бюрократическая машина - у нее жуткая инерционность. И она начала работать еще до того, как этот кризис стал в России заметен. Начался он довольно давно, но заметен стал в сентябре-октябре. По ряду причин. И в результате машина должна была отработать. Если бы президент наложил вето на закон о бюджете, это был бы грандиозный политический скандал. Но сейчас Минфин хочет эту тему прикрыть тихо. Но вместе с тем, конечно же, возникает целая куча разных нелепостей, в том числе из-за которых страдают граждане и предприниматели. Потому что когда первый зампред ЦБ Улюкаев начинает говорить о том, что у нас девальвации нету, а есть только расширение границ коридора, и что, конечно же, рубль сильно падать не будет, ну, это... вот что делать, если у вас бизнес? Маленький, небольшой, у вас нет аналитического центра. Что вам делать? Куда бежать? Где получать информацию? Когда вам откровенно вроде бы сказали. Ну если ты не хочешь говорить вслух, ты молчи хотя бы.

А.ВОРОБЬЕВ: Я напомню, что нынешний бюджет рассчитан, исходя из цены на нефть в 95 долларов за баррель и курса доллара 25.40. Чем обернутся для бюджета вот эти новые цифры? Если власть заявляют, что социальные расходы урезаны не будут, что будет резаться в первую очередь?

М.ХАЗИН: Уже урезаны инвестпрограммы.

А.ВОРОБЬЕВ: То есть бюджет развития будет сокращаться?

М.ХАЗИН: Конечно, да. Он будет урезан. Хотя с точки зрения экономики, это как раз глупость, потому что социальные расходы инфляцию раскручивают, а инвестиционные расходы инфляцию увеличивают, а иногда даже уменьшают, потому что увеличивается сфера оборота рубля. То есть на самом деле это стандартная ошибка, которую часто допускают политики. Когда у вас есть выбор, поддерживать социальные расходы бюджета или экономику и через нее совокупный спрос, то лучше поддерживать экономику. Но тут есть разного рода проблемы, связанные с тем, что инфляция все-таки растет, прежде всего инфляция издержек, потому что у нас кризис ликвидности. Мы попали в 90-е годы, я об этом уже говорил. Мы возвращаемся в 90-е годы. А в 90-е не монетарная инфляция, то есть не избыток денег, а у нас была инфляция издержек, связанная с тем, что предприятия не могли взять дешевый кредит. Это такая специфика российских монетаристов - зажимать денежную массу. Объяснить, почему сжатие денежной массы должно уменьшить инфляцию, они не могут. Эксперимент показывает, что сжатие денежной массы инфляцию увеличивает. Ровно по тому механизму, о котором я сказал. Увеличивается стоимость кредита. И что с этим делать, абсолютно непонятно. По нашим расчетам оптимистическим, той же самой компании НЕОКОН, дефицит бюджета будет 15% ВВП. Это очень много. Это оптимистическая оценка. А может, даже больше.

А.ВОРОБЬЕВ: Кстати, на 2010-й год бюджет тоже может быть пересчитан, исходя из цены на нефть в 44 доллара за баррель и среднегодового курса доллара 43 рубля. Вы с этими оценками согласны?

М.ХАЗИН: Это сложно сказать, потому что по доллару будет инфляция, довольно высокая. Потому что в США дефицит бюджет заложен 1,2 триллиона. И в этом смысле я не исключаю, что в номинале цена на нефть действительно будет 42. Хотя если пересчитать на нынешние цены, будут те же самые 20-25. А вот сколько будет рубль к доллару, это вообще вещь невычислимая, потому что будет зависеть от колоссального количества причин. Например, от объема тех доходов, которые мы получаем. Я хочу сказать, что у государства еще есть ресурс увеличивать свои золотовалютные резервы. Например, вернуться к стопроцентной продаже валютной выручки. Я могу вас уверить - мы при этом очень много получим денег, которые сейчас утекают сквозь пальцы. Предприятия должны будут возвращать, а получать обратно по фиксированному курсу смогут только по зафиксированным контрактам. А сейчас они вывозят валюту, просто не ввозят ее в страну, делают с ней все что угодно.

А.ВОРОБЬЕВ: Да, ну и если мы возвращаемся к этой истории, к обязательной продаже валютной выручки, каковы будут здесь сценарии развития событий? Вы сказали, что будут делать предприятия. А в долгосрочной перспективе что это будет означать?

М.ХАЗИН: У нас сейчас ключевая точка - апрель-месяц. У нас спад, связанный с тем, что мы потеряли источники финансирования внешние. Их было два. Первый - это внешнеэкономическая конъюнктура. Это цены на нефть, на газ, на металлы и так далее. И второе - это кредиты иностранных банков. До Нового года мы потеряли кредиты иностранных банков. Они стремительно падали. Собственно, началось все в марте 2008 года, когда в США рухнула система оценки рисков финансовых. И банки стали ужесточать условия кредитования. В мае-июне мы это впервые почувствовали. В августе это усилилось. И совсем это усилилось в сентябре-октябре. С сентября начали падать цены на нефть мировые, но почувствовали мы это только сейчас. Потому что лаг есть трехмесячный поступления этих денег. Минимум будет где-то в апреле. И в апреле наша экономика скатится к экономике 98-го года. То есть наш ВВП официально вырос в два раза, в реальности процентов на 30, а может, даже на 40. К апрелю из этих 40% мы 25% съедим. То есть, иными словами, почти весь результат путинского президентского правления мы за эти полгода - с октября по апрель - потеряем. Дальше у нас будет три варианта. Вариант первый - радикальная смена экономической политики. Очень условно - стиль примерно, как это произошло в сентябре 98-го года. Разумеется, с некоторыми добавками, потому что тогда цены на нефть мировые росли, сейчас они постепенно будут падать. И необходимо сделать то, что все восемь лет не делалось в нашей стране, а именно - создать механизм вложения денег в российскую экономику, в российскую промышленность. Восемь лет эти механизмы не создавались. А дальше у нас есть развилка - упав к апрелю, мы можем после этого начать подниматься, и где-то на 5-6% относительно апреля к концу года вырасти. Это будет видно, потому что 5-6%, грубо говоря, за два квартала, за полгода, это много. А можем точно так же продолжать падать и упасть еще на 5-6%. Но, к сожалению, я не вижу сегодня в российском руководстве готовности радикально менять экономическую политику. Но при этом нужно понимать, что те люди, которые с 2002-го года разрушали российскую финансовую систему и инвестиционную, я не думаю, что они готовы изменить свои действия. Более того - сильно подозреваю, что они вообще не склонны размышлять на эту тему.

А.ВОРОБЬЕВ: Михаил Хазин отвечает на ваши вопросы. Что это будет означать на бытовом уровне? Здесь есть вопросы о том, кто усилится в результате кризиса в России - олигархические структуры, мелкий бизнес, что?

М.ХАЗИН: Понимаете, в чем дело - олигархические структуры в России это структуры, которые получают бюджетные финансовые потоки. Сегодня все, что можно, приватизировано. Может быть, будут достаточно сильные изменения, связанные с тем, что возможна новая приватизация. Ведь олигархи получили значительные деньги из бюджета под залог пакетов своих акций. Теоретически государство снова может начать их продавать. После того, как олигархи разорятся.

А.ВОРОБЬЕВ: Но к чему это приведет?

М.ХАЗИН: Сидят те же самые люди, кто занимался продажей руководителям РФФИ, и начальником юридического управления Госкомимущества был тот самый Шувалов, который сегодня начальник антикризисного штаба правительства. Он будет продавать так же, как продавал тогда. Для него-то что изменилось? Другой вопрос - кто это будет получать. Те же самые олигархи, которые сначала получили за бесценок акции, потом за счет капитализации получили много денег. Сейчас они не могут отдать кредиты, которые они взяли под эти акции, и получили от государства денег. Дальше они не смогут отдать кредиты государству. Государство снова получит эти акции, снова их продаст тем же олигархам за 5% стоимости. Еще раз повторяю - дело тут в модели. Модель российского государства, принятая в начале 90х, не изменилась. В России деньги делают не за счет получения прибыли от деятельности конструктивной, а за счет перераспределения и разворовывания бюджета. И бессмысленно рассчитывать на то, что что-то радикально изменится, потому что разность доходности радикальная. Ну кто же будет вкладывать в какое-то машиностроение с доходностью 3-5% в год, когда можно купить себе должность губернатора, а дальше действовать в соответствии с фразой из учебника истории для пятого класса про Древний Рим - «Бедным приехал он в богатую провинцию - богатым уехал он из бедной провинции».

А.ВОРОБЬЕВ: Вадим, аспирант из Саратова, оставаясь в этом вопросе: «Целесообразно ли в условиях экономического кризиса в ближайшие 3-4 месяца создавать свой бизнес, в частности, связанный с сельским хозяйством?»

М.ХАЗИН: Вы знаете, на самом деле, вполне осмысленно. Я уже приводил здесь пример, приведу еще раз. До тех пор, пока в магазинах выгодно продавать бельгийскую и голландскую картошку, а не калужскую, рубль завышен. Именно поэтому рубль и падает. Но уж коли он падает, то через какое-то время будет выгодно продавать ее - калужскую картошку или липецкую. Далее - у нас фактически не существует отрасли по переработке отечественного сырья. Мы загубили систему сельхозкооперации, которая существовала. И в этом смысле легче закупать мясо в Аргентине, чем выращивать у себя. Сдать мясо или молоко на продажу крестьяне не могут. Не так много осталось крестьян, но все-таки пока остались. По этой причине с учетом падения рубля эта деятельность может стать осмысленной. Только нужно очень четко отдавать себе отчеты в рисках. Вот это действительно... Вообще говоря, именно в сельском хозяйстве и в некоторых других отраслях импортозамещения... например, много ли у нас производится зубной пасты? Все больше колгейты и прочие разные лакалюты. А вот что-то такое простое типа фтородента... Причем при попытках в аптеке попросить русскую зубную пасту нам говорят - «Вы знаете, это противоречит корпоративной политике нашей сети - покупать российского производства пасту». Но когда у вас эта паста будет стоить 500 рублей за тюбик, ее просто никто не будет покупать. Значит, тот, кто предложит зубную пасту более или менее приличную, может сильно выиграть. Казалось бы, сейчас самое время задуматься над тем, чтобы это сделать. Но еще раз повторяю - это не крупный бизнес. Это малый и средний бизнес. Он может стать крупным по мере продолжения кризисных процессов. Но это вполне реальная вещь. Единственная проблема - ровно та, о которой мы пытаемся думать: как представители малого и среднего бизнеса смогут защититься от того сумасшествия, которое творится наверху? Хотя бы понимать, что происходит. Причем не только у нас - и в Европе, и в США такое же сумасшедший дом. Такую же пургу несут руководители. Ровно потому что у них нету модели кризиса.

А.ВОРОБЬЕВ: Ну и как, есть ли какие-то пути выхода?

М.ХАЗИН: Пути-то выхода есть. Я ж говорю - нужно радикально менять экономическую модель. В каком направлении ее менять, в общем, понятно, потому что один раз мы были уже в такой же ситуации в 98-99гг. Разумеется, нужно, грубо говоря, сесть, чтобы люди, которые могли бы этим заниматься, сели, человек 5-8, и просто написали бы эту программу - за 3-5 дней. Но это нужно делать, уже понимая, что именно эти люди и будут всем этим рулить, потому что если дать такую программу тем людям, которые сидят сейчас, они с этой программой прибегут к президенту и премьеру и скажут: «Батюшка, смотри, какую классную разработали программу!» Им дадут рулить дальше, и они ничего не будут менять в своей деятельности. Вы поймите, Игнатьев или Кудрин - это люди, которые за ту деятельность, которой они сейчас занимаются и которая привела к кризису, получают титулы «Человек года» на Западе, «Лучший министр финансов» и т.д. и т.п. При этом уже все было понятно. Тексты о том, как именно закончится вся эта лафа, которая была последние 6-7 лет, были в интернете и в некоторых СМИ и два и три года назад, и пять лет назад. Все это можно прочитать. Я их сам писал. Более того - еще раз повторяю, мы оказались в абсолютно такой же ситуации, как в 96-98гг. С теми же самыми людьми, та же самая политика.

А.ВОРОБЬЕВ: Здесь вопрос еще такой. Программист Инна: «Будут ли проданы госкорпорации?»

М.ХАЗИН: Это что имеется в виду? Роснанотех? А где же Анатолий Борисович будет работать?

А.ВОРОБЬЕВ: Нет, насколько я понимаю, госкорпорации только создаются и создаются. А Российское финансовое агентство?

М.ХАЗИН: Это я не знаю пока. Пока Минфин только разрабатывает закон. Вообще говоря, с точки зрения здравого смысла, это закон правильный. В результате кризиса государство нахватало колоссальное количество активов. Мы сегодня не социалистическое государство. У нас нету госплана, системы планирования, мы не считаем межотраслевой баланс. И в этом смысле эти активы в государстве неэффективны. Оно ими управлять... У него нету механизма управления. И имеет смысл такой механизм сделать. Другое дело - он должен быть абсолютно прозрачным. Грубо говоря, у этого предприятия должен быть открытый баланс. Абсолютно. Но я представляю себе, что напишет Минфин под свое собственное управление активами.

А.ВОРОБЬЕВ: «Почему не напечатать снова ваучеров и не приватизировать снова собственность?» - это тоже в развитие темы Александр из Екатеринбурга.

М.ХАЗИН: Видите ли, в чем дело. История с ваучерами показала, что получилось это крайне неэффективно. Я бы сказал, что надо написать программу восстановления сбережений, утерянных в 91-92гг, и эти активы пустить под эту программу. То есть, иными словами, получат те, чьи деньги были утрачены в результате реформ Гайдара. Но надо при этом понимать, что нынешнее руководство, правительство и финансово-экономический блок на это не пойдет никогда. Они несут личную ответственность за это. Вообще вы подумайте - люди, которые пришли к власти под лозунгом восстановления священного права частной собственности, первое, что сделали, это отобрали у всего населения страны эту самую частную собственность в виде сбережений граждан. Это сильный ход.

А.ВОРОБЬЕВ: Михаил Хазин. Не могу не спросить вас о заявлениях сегодняшних московских властей. Юрий Лужков заявил о том, что резкого снижения стоимости квартир в Москве не предвидится. Во всяком случае, пятидесятипроцентного, как писали СМИ. Он сказал, что те, кто вбрасывает такие сообщения, фактически призывает людей не покупать, не вкладываться в ипотеку и так далее.

М.ХАЗИН: Как говаривал Станиславский своим друзьям Немировичу и Данченко, «Не верю!» Это невозможно. Нету спроса и не будет по таким ценам. Это невозможно. Последние 3-4 года спрос на недвижимость поддерживался во многом искусственно. Это очень странная ипотека. Это, безусловно, левые нефтяные деньги. Это левые кредиты, которые во многом, конечно, шли банковским топ-менеджерам, во многом шли на их личные доходы. Все эти источники исчезли. И по этой причине невозможно поддержать цены. Другое дело - что можно официально оформлять сделки по высоким ценам, а, соответственно, в реальности давать скидки - 20%, 30, 40, 50, 80. Но на самом деле, обращаю ваше внимание, фиксируются эти сделки по ценам БТИ. Что там Лужков говорит? Какие 6 тысяч долларов за метр? Хорошо, если там есть две тысячи рублей за метр! Официальные цены.

А.ВОРОБЬЕВ: Тем не менее, власти говорят о том, что стагнация на рынке недвижимости может привести к краху в строительной отрасли.

М.ХАЗИН: А почему, собственно? Строители, кстати, не такую уж большую долю получали от этих цен. Когда есть два дома, разделенные дорогой - по одному себестоимость строительства 800 долларов квадратный метр, по другому пять тысяч, поневоле начинаешь задавать вопросы - а куда идут эти пять тысяч? Поэтому, я думаю, не строителям. Могу вас уверить.

А.ВОРОБЬЕВ: Последний вопрос. «В какой бизнес вы бы уж точно не советовали идти в этом году?» - Алексей из Москвы спрашивает.

М.ХАЗИН: Я бы не стал играть на фондовом рынке и вообще вылезать на финансовые рынки. Ни в коем случае. Я бы даже кредитов не посоветовал брать.

А.ВОРОБЬЕВ: Уйти в кэш и проедать?

М.ХАЗИН: Ну почему? Есть разные варианты. Но это уже те вещи, по которым нельзя давать общие советы. Они индивидуальны просто в силу того, что люди отличаются и психологией, и историей, и всем остальным. Я много раз с этим сталкивался - общие рекомендации, куда вкладываться, я не даю.


Ролик youTube.com:

Возврат к списку

Позвоните нам бесплатно
Сегодня 22.7.2019

Публикации

В России готовят новые ограничения на работу мессенджеров 19.07.2019 В России готовят новые ограничения на работу мессенджеров

В российское законодательство нужно ввести термин «интернет-преступление», а также усилить правовое регулирование работы мессенджеров, предложила в свою очередь уполномоченный по правам человека в России Татьяна Москалькова.

подробнее